четверг, 26 апреля 2018 г.

Первое интервью Александра Белова после выхода на свободу


В октябре 2014 года в москвабадской гостинице был арестован один из лидеров русских националистов Александр Белов (Поткин). Арест произошёл менее чем за месяц до очередного Русского марша, который должен был продемонстрировать позицию ультраправых по «Русской весне». И продемонстрировал: Белов уже находился под арестом, Дёмушкин под несколькими уголовными делами, Даниила Константинова из СИЗО выпустили после 2,5 лет содержания под стражей, однако обвинение не сняли, а после освобождения Даниил был вынужден эмигрировать с семьей из России. Националисты оказались явно разделены на три больших группы: противников «Русской весны», сторонников, и граждан, явного отношения не высказывавших и от участия в уличных акциях отказавшихся. В последующие годы последовали репрессии всех уличных активистов, не только националистов, запрет движения РУССКИЕ, полная дезорганизация, медленная эмиграция активистов из России и в 2017 году Русский марш в Москвабаде не состоялся. Причиной ареста Белова и Дёмушкина также стала их позиция по «Русской весне»: оба отказались от сотрудничества с властями и агитации за Новороссию, чем, вероятно, спасли десятки жизней своих соратников. Националистическая «Другая Россия» Эдуарда Лимонова, например, проект активно поддержала, чем обеспечила легализацию своих мини-митингов и регулярные авторские гонорары самому Лимонову. 28 марта 2018 г. Мосгорсуд смягчил обвинение Белову по одной из статей, что позволило Белову выйти досрочно, под домашний арест. Вечером 13 апреля сотрудники ФСИН доставили Белова домой. Домашний арест истекает 11 июня, но сомнений в том, что его будут неоднократно продлять, нет. Своё первое интервью на свободе Белов дал известной журналистке Олесе Герасименко (Ъ) для Русской службы BBC.



Александр Белов во главе колонны ЭПО Русские, Русский марш 4 ноября 2012


Новый суд над организатором и вдохновителем "Русских маршей" Александром Поткиным (Беловым) пройдет в Домодедовском горсуде Подмосковья, решил во вторник Мещанский суд Москвы. Поткин, отсидевший срок по другому делу, отправлен под домашний арест. Теперь его обвиняют в экономическом преступлении. Следствие считает, что он причастен к легализации почти 300 млн рублей, которые были похищены из казахского БТА-банка.


По версии следствия, националист со своими соратниками от имени экс-владельца банка, беглого казахстанского бизнесмена Мухтара Аблязова управлял 2,5 тысячами гектаров земли в Домодедовском районе. В 2016 году его приговаривали к 7,5 годам колонии по этому делу, а также по обвинению в разжигании ненависти, создании экстремистской организации и планах свергнуть президента Казахстана Нурсултана Назарбаева. Потом Мосгорсуд сократил срок до 3,5 лет, а дело об отмывании денег (тогда в нем фигурировала сумма почти в 5 млрд рублей) вернул на доследование. С корреспондентом Русской службы Би-би-си бывший лидер организаций Движение против нелегальной иммиграции (ДПНИ) и "Русские", деятельность которых запрещена на территории России, встретился на вторые сутки после выхода из изолятора. Теперь он представляется так: "Осужденный по статье 282 часть 1, по 280 часть 2 и обвиняемый по статье 174. Участник руководящих органов двух экстремистских организаций".



За что посадили


Би-би-си: Удивились приговору?

Александр Поткин: Ну как сказать… Я ведь неплохо ориентируюсь в законодательстве. И я почему-то предполагал, что все, как написано, так и будет.

Би-би-си: Но вы же были критиком существующего строя, откуда такая вера?

А.П.: Ну когда играешь в шахматы, пусть даже противник мастер, ты знаешь, что конь ходит буквой Г.

Би-би-си: Вы верили в наше правосудие?

А.П.: Я верил в здравый смысл и считал, что если что-то написано в УПК, то так должны и делать. Количество людей, которые нарушали закон, чтобы достичь непонятного мне результата (ну, осудить меня), меня потрясло. Например, мне в Казахстане предъявили чужой текст, в котором было написано, что негодяй Поткин изобрел план по изменению конституционного строя в стране. Мне вменялось даже не что я его написал, а что неустановленные лица в моих интересах его опубликовали. А если мне кто-то помогал - значит, это уже экстремистское сообщество. Например, в плане были такие слова: "Изготовить плакаты, направленные на разжигание социальной розни (цитирует слоган о разнице между богатыми и бедными. - Би-би-си). Ну очевидно же, что это шутка.

Би-би-си: В общем, вы не хотели свергать правительство Казахстана?

А.П.: Да даже если бы хотел, это какой-то абсурд. Правительство Казахстана находится в Астане, это полторы тысячи километров от Алма-Аты. И если там проходит какой-то митинг, посвященный дню национальной независимости и памяти жертв Жанаозена, то я, находясь в Москве, по версии следствия, должен был отобрать русских националистов, чтобы они поехали управлять казахскими националистами, в результате чего последние должны были начать массовые столкновения на почве ненависти к русскому народу. После этого дестабилизируется ситуация и свергается власть. Ну все это шизофрения! Я был уверен, что найдется больше людей в погонах и мантиях, которые скажут: "Вы что написали? Я это подписывать не буду!" К сожалению, таких не нашлось.

Би-би-си: Из политиков правого толка вас чаще других обвиняли в сотрудничестве с администрацией президента и паркетном национализме. Почему вас ваши кураторы не спасли?

А.П.: Ну сами знаете, башни между собой дерутся. Да даже у башен было мнение, что меня крышует третья башня. Моя крыша была очень велика и решила, что мне пора уделить внимание только ей. Меня крышевал всегда только всевышний.




Александр Белов в здании суда. Фото адвоката Ивана Миронова



Почему посадили

Би-би-си: Была версия, что вас осудили после того, как вы отказались поставлять бойцов с крайними правыми взглядами на Украину, где те должны были записываться в нацгвардию.

А.П.: Это предлагали Демушкину (получить комментарий Дмитрия Демушкина нет возможности, так как он отбывает срок в колонии - Би-би-си). Объявить публичную поддержку украинской государственности, чтобы начать сбор бойцов в батальон "Азов", чтобы потом провокации выявлять. Он мне об этом сообщил, я сразу в таком отказался участвовать. И вообще уже тогда дистанцировался от политики, потому что видел, что все это в тупик идет.

Би-би-си: А еще встреча националистов с [вице-премьером Дмитрием] Рогозиным была по поводу Крыма.

А.П.: На встрече с Рогозиным, которого я считаю выдающимся политиком, речь шла о другом. Он говорил о необходимости публичной поддержки присоединения Крыма и присутствия правых в Крыму. Он хотел некоторым людям подсказать политическое направление, которое могло принести дивиденды.

Би-би-си: Так Крым аннексировали или присоединили? Какое вы слово используете?

А.П.: Никаких. Но для меня что было удивительно - когда я в Крыму с 2010 года проводил "Русские марши", меня никто не поддерживал. Но сейчас я в этом участвовать не хочу. Все пошло настолько не так, что любое слово может привести к неприятностям для многих людей. Это ужасно, что украинцы убивают русских и наоборот. Для меня это личная трагедия, это паноптикум.

Би-би-си: А к националистам, которые поехали на Донбасс воевать, как относитесь?

А.П.: Ну, если бы я был помоложе, я бы тоже, может, поехал воевать. Я хотел воевать в Приднестровье, хотел воевать за Сербию…

Би-би-си: В Казахстане правительство свергнуть хотели опять же.

А.П.: Ну, в Казахстане не хотел. Я туда вообще ездил не для встречи с казахами, моя единственная поездка в Алма-Ату был посвящена встрече с русскими, которые там живут, я хотел изучить, в каком они там положении. Заодно встретился и с казахскими националистами, которые представляли меня просто монстром. Каким образом убедить их, что мы нормальные? Я им говорю - давайте лекцию проведем. У них нашлась возможность [встретиться] в Киргизии, где тогда произошла революция и цены на все были в три раза ниже, чем в Казахстане. А ехать всего 50 километров.

Я приехал и спокойно поговорил с людьми. Рассказал им, что делать, чтобы не быть обвиненным в нападении на полицию, что надо кричать, если вас бьют, и снимать на камеру. Потом на суде мне сказали - вы учили людей оранжевой революции, противодействовать полиции, сцепляться и стоять. Вообще, если бы не украинская ситуация, меня бы не посадили. А так они начали искать, кто еще у нас по СНГ с семинарами ездит.

Би-би-си: Только поэтому посадили?

А.П.: Здесь нельзя об одном мотиве. Здесь и политический мотив - и России, и Казахстана. И желание негодяев в погонах получить продвижение по службе. Их дело - борьба с экстремистами, а где их найти? И третий мотив - это финансовый мотив юристов, которые обслуживают БТА.

Би-би-си: А что с подмосковными землями БТА, вы их не продавали?

А.П.: Когда БТА национализировали и стали забирать обратно активы, оказалось, что в Москве это можно сделать через публичные торги. Земли здесь арестовали, десяток юрфирм зависли. Мою знакомую новые гендиректоры попросили помочь с бухгалтерией, свести баланс, чтобы все это дело оценить. А меня обвиняют в том, что я пытался продать уже арестованные земли. В итоге суд начал с 26 млрд убытка, потом до 5 мы дошли, сейчас на 300 млн остановились. Мосгорсуд начал спрашивать: земля на месте? Деньги у Поткина нашли? Нет. Отправили на доследование. Я сам этой землей интересовался. Потому что я связан некоторым образом со строительными компаниями и у меня был интерес в местах под застройку, которые можно недорого купить. Но не распорядиться же по собственному умыслу.



Как расследовали


Би-би-си: Вы почему-то сильно ругались со своим следователем.

А.П.: Мы познакомились в Хамовническом суде. Он сразу же попросил сделать процесс закрытым. Говорит, Поткин делал страшные вещи, я очень боюсь за свою жизнь. Ну, я достал пачку влажных салфеток и попросил ему их передать, мол, если вдруг от страха человек не совладает с собой, можно будет вытереть. Так мы познакомились.

Би-би-си: На другом заседании вы говорили судье, что следователь предлагал вам что-то сделать с его половым органом.

А.П.: Вообще это человек, который может натворить бед, если я сейчас что-то скажу, он может повеситься. Вообще во время следствия происходили странные вещи. Пропали вещи, компьютеры, деньги.

Би-би-си: Много?

А.П.: 1 млн 650 рублей.

Би-би-си: Наличными?

А.П.: Ну да, у меня в кармане при задержании лежали.

Би-би-си: Вы носили в кармане миллион рублей?

А.П.: Ну, что-то в сумке лежало... Ну, да, правда, носил в кармане.

Би-би-си: Вот кто эти люди, у которых днем в центре Москвы миллионы похищают.

А.П.: А что такого?

Би-би-си: Просто опасно, видите, пропали же.

А.П.: Точно, не подумал. Ну, мне надо было погасить кредит, и я взял их с собой. Мне их обещали отдать, когда судебное решение вступит в силу, не отдали, в списке вещдоков их не оказалось, до сих пор денег нет, в возбуждении уголовного дела мне отказали, денег нигде нет. Это абсурд. Ещё в квартиру через два года после моего ареста пришли с обыском, в постановлении написали, что мой младший семилетний сын имеет информацию о местонахождении моего брата. Показания свидетелей на очной ставке в тексте менялись. Мою личную жизнь трясли, чего там кто с кем делал.

Закончилось все тем, что [следователь Рустем] Шайдулин "сошел с ума". Он написал моему адвокату Миронову, что хочет меня убить (о том, что с аккаунта следователя адвокату Миронову якобы приходили сообщения с такими угрозами в адрес Поткина, рассказывали СМИ - Би-би-си). А потом Шайдулин пришел в кабинет доследственных действий СИЗО №1, адвоката не было, я был один, он достает отвертку и говорит: "Ну что, ты понял? Я же тебе говорил".

Би-би-си: Как отвертка выглядела?

А.П.: С пластиковой прозрачной ручкой и где-то 20 см штырь железный. Я у него спрашиваю - Рустем Рафаилович, вы что хотите? Он говорит, я тебе сейчас буду в ухо ее заталкивать. Я говорю, ну это понятно, а надо-то что от меня? Он, мол, ты у меня сейчас все подпишешь и возьмешь особый порядок [рассмотрения дела в суде]. А признаться я должен был в том, что нанес ущерб БТА банку на 5 млрд рублей. Это, знаете ли, многовато.

Дальше три часа человек на меня нападает, прыгает, заносит руку, как для удара, и останавливает ее у лица. Обзывает, ломает авторучки, кидает в меня. Я нажимал на красные кнопки, охрану звал, орал, стучал в дверь. Пришел начальник: что вы шумите, спрашивает. Я говорю: ну у него отвертка, я боюсь. А он говорит: вашей жизни ничего не угрожает. Я думал, такого не бывает. Пришел вниз, рассказал сокамерникам, а они мне не поверили. Мне бы никто не поверил, если бы сумасшедший Шайдуллин накануне ночью час не переписывался с адвокатом, угрожая меня убить (после обращения адвокатов к руководству следственного управления по Центральному административному округу Москвы расследовать дело Поткина назначили другого следователя - Би-би-си).



Как сидел

Би-би-си: Чем занимались, пока сидели?

А.П.: Я очень много писал. Я столкнулся с тем, что адвокатская работа в России приобрела формальный характер. Теперь они просто объявляют побольше сумму - и будь что будет. А ходатайства не подаются, апелляций нет, свидетелей не ищут. Слова "адвокатское расследование" вообще не встречаются. Я находил нарушения в делах, из-за чего некоторым снижали срок. В лагере даже получил прозвище - Адвокат.

Би-би-си: Никакими статьями не брезговали?

А.П.: Самые разные были статьи.

Би-би-си: С сокамерниками подружились?

А.П.: Не просто подружились. Когда уезжал из лагеря, некоторые плакали.

Би-би-си: Как мило.

А.П.: Были действительно офигенные отношения. Я знаю, что там были и преступники реальные, киллеры с 22 трупами, но я не видел необходимости создавать проблемы на пустом месте. У меня есть способность к эмпатии, могу находить общий язык с кем угодно - исламистом или лидером бандформирований.

Би-би-си: А ещё что делали?

А.П.: В колонии под Новгородом пел на службах в церкви. Её там недавно построили. Я читаю по-церковнославянски, поэтому было несложно.

Би-би-си: Не запрещали?

А.П.: Ну сначала мне начальник сказал, что, мол, "сразу бога вспомнил". Кто бы говорил вообще!

Би-би-си: Вы всегда были верующим?

А.П.: Я принял крещение в 16 лет. Но там все равно, когда попадаешь в эти условия, то задумываешься больше о том, что ты делал не так в этой жизни. Не в смысле преступлений, а в смысле личных отношений и отношений со всевышним. Насколько его заповеди выполнял. И таких проблем у меня в жизни достаточно было. В каком-то смысле я тюрьму воспринимал как своеобразный монастырь и возможность избавиться от соблазнов мира.

Би-би-си: Очень русское отношение. А читали?

А.П.: Конечно. Перечитывал Достоевского. Главным образом, "Братьев Карамазовых", которых раньше я не очень хорошо понял.

Би-би-си: А теперь?

А.П.: Теперь лучше. Я смотрел на Дмитрия и понимал, что чувак заехал, практически как я. Несколько раз перечитывал Библию. Познакомился с Кораном. А то в разговорах с мусульманами, которых там достаточное количество, я понимал, что они апеллируют к каким-то вещам, ссылаясь на наши священные книги, а мне-то сослаться не на что. Теперь есть на что. Очень хорошие отношения с мусульманами сложились. Некоторые люди, благодаря в том числе и мне, приняли православие.

Би-би-си: Вы их обратили?

А.П.: Я бы сказал, что помог разобраться.




Сотрудники ФСИН этапируют Белова из СИЗО под домашний арест. Фото адвоката Ивана Миронова



Взгляды

Би-би-си: Из-за ваших националистических взглядов проблем не было?

А.П.: Один человек, обладающий большим значением в лагере, сказал мне: "Вообще-то за то, что ты делал, надо убивать, но узнав тебя как человека, такого хорошего парня, не будем". Я его спросил, что я делал. Есть нелепейший образ, если националист - сразу давай убивать. Это шизофрения.

Би-би-си: Но многие ваши последователи именно так и делали.

А.П.: Поверьте мне, это скорее исключения, чем практика. За что была запрещена ДПНИ, которую я создал? За то, что кто-то совершил что-то, за что был привлечен по 282-й статье. Семь приговоров было. Некоторых из этих людей я и знать не знал. Где-то там в Салехарде кто-то какую-то листовку напечатал, да кто это вообще? У меня 20 тысяч человек по списку.

Би-би-си: А психологическую ответственность за чужие преступления вы несете?

А.П.: Конечно, нет. Общественная организация должна нести ответственность за принятое на съезде решение или за свое официальное издание. Всё. Конституция говорит, что нельзя нести ответственность за преступления другого человека. Они приходят и говорят: привет, я разделяю ваши ценности, можно вступить в движение? Да пожалуйста! И тут он идет и перебарщивает. Вопрос: должен был я его контролировать из Москвы? Я же не надзиратель. И это не церковная организация, я не епископ, он мне не исповедуется.


Би-би-си: Заключенных правого толка встречали, общались? С [Никитой] Тихоновым, [Евгенией] Хасис, [Ильей] Горячевым не переписывались (Тихонов и Хасис осуждены за убийство адвоката Станислава Маркелов и журналистки Анастасии Бабуровой. - Би-би-си)? "НСО-Север", на которых 27 убийств?

А.П.: [Участники националистической организации] "НСО-Север" ко мне вообще никакого отношения не имели - наоборот, про меня писали, что я еврей и прочие глупости. Я всегда считал их людьми, страдающими девиантным поведением. Когда я узнал, что они сделали, я их политзеками, конечно, считать не мог.

Би-би-си: У вас взгляды не изменились?

А.П.: А какие они у меня были? Напомню, что меня, русского националиста, судили за помощь казахской оппозиции. Мой национализм - это не агрессивный национализм, не ксенофобия, когда только русские превыше всего.

Би-би-си: А как же ваш лозунг о России, которая якобы только для русских?

А.П.: Ну он звучит в том духе, что, в общем-то, хоть что-то чтобы для русских было. А современная Российская Федерация в плане национализма ушла так далеко, что мне такое и не снилось. Те вещи, которые в свое время декларировало общество "Память", сейчас являются основой государственной политики. Ни фига себе, а еще нас запрещали! Я в изоляторе смотрел телевизор - и мне становилось страшно.

Би-би-си: А это не неудача, что государство вашу риторику "забрало"?

А.П.: Ну мы хотели этого. Революция пожирает своих героев. С другой стороны, есть проблема, что иногда мы что-то представляем, но когда это случается, то оказывается совершенно не так, как мы думали.

Би-би-си: А что сейчас с правым движением в России? Почему шанс упустили?

А.П.: Не знаю, что с движением. Про шанс отвечу словами Дмитрия Рогозина: "Вы неправильно оцениваете действующий режим. Это не ваши оппоненты, это ваши конкуренты". Они не хотят иметь конкурентов. Неизвестно, как бы мы себя повели. Когда в 2003 году мы с братом создали "Славянскую гвардию" с целью мероприятий на Украине в поддержку русских, она не была поддержана Владимиром Путиным. И все наоборот сейчас.

Я знал многих людей, который погибли со стороны Донбасса, я воспринимаю это как личную трагедию. Когда страна перешла на военный режим, никакого будущего ни у правого, ни у левого движения не оказалось. В военный период вводится военный трибунал, а все остальные расстреливаются. Я вообще не хочу в этом принимать участия. Я восхищаюсь смелостью некоторых людей, таких как [Алексей] Навальный, но мне самому страшно. Я реально всё, сижу дома.

Но вот что мне не нравится в позиции России на Донбассе? Ну зачем придумывать, что нас там нет, что это местные и прочее? Конечно, были и есть. Зачем стесняться своей позиции? Это было бы нормально воспринято на Западе, если бы Путин сказал: "Да, там интересы русских, их по-настоящему притесняют, поэтому мы осуществили интервенцию". Это ничего такого.

Би-би-си: Вы голосовали?

А.П.: Да.

Би-би-си: За кого?

А.П.: Не скажу.

Би-би-си: Ну идею Навального о бойкоте не поддержали.

А.П.: Выборы у нас даже не плебисцит, они не имеют никакого значения. Мое искреннее желание для России - чтобы действительность не расходилась со словами. Я хочу, чтобы Владимир Владимирович сказал, что цель России - вернуться на исторический путь развития и восстановить монархию, я, возможно, буду регентом при будущем наследнике и так далее. Но пускай не обманывает. Я проголосовал за одного моего товарища, иначе он бы обиделся. Я его увижу и скажу - ну ты чего, я ж за тебя голосовал!


Что теперь


А.П.: Вообще я многим благодарен за поддержку. "Открытой России" [Михаила] Ходорковского благодарен за внимание, они были готовы помочь с образованием детей. "Агоре" тоже большая признательность за выигранную жалобу в ЕСПЧ, и они же сейчас ведут вторую жалобу на приговор.

Би-би-си: Это интересно, ведь вы же вроде как идеологические противники.

А.П.: А я не знаю, [адвокат Ирина] Хрунова - она разве не националист? Я думаю, националист. Поверьте, все эти идеологические разделения они условны, если вам нравится Вагнер, это не значит, что вы должны ненавидеть Майкла Джексона. Это просто вкусы.

Би-би-си: Вы давно дружили с Навальным. Он был свидетелем на суде. Помогло?

А.П.: Ну он не только из дружбы приходил. Одно из моих обвинений - создание проекта "Злой казах". Все началось с того, что в Москву приехал известный казахский режиссер Булат Атабаев, который восхищался деятельностью Навального, и я их познакомил. И Навальный решил ему и вообще казахской оппозиции подарить движок от сайта "Добрая машина правды" - переделаете под себя и используйте, как хотите.

Атабаев - драматург, он мне говорит: "Саш, я ничего в этом не понимаю. Если у тебя есть люди, которые могут с сайтом помочь, сведи меня". Я нашел ему разработчиков, и был разработан проект под этот сайт с двумя тестовыми названиями - "Алдар-Косе" (такой фольклорный персонаж, вроде Насреддина) либо "Злой казах".

Он должен был быть агрегатором веселых оппозиционных новостей. Но за дизайн и наполняемость сумму выкатили невероятную для Атабаева, никакой Аблязов не оплатит. Вот об этом Навальный рассказывал на суде. Что это не проект, в котором злые казахи должны напасть на русских, а сайт для оппозиционеров. Но его сочли соратником по оппозиционной деятельности и показания во внимание не приняли.

Би-би-си: А он вам письма в тюрьму писал?

А.П.: Нет. Ну и поддержка с его стороны была бы непонятна.

Би-би-си: Ну он националист, вы националист.

А.П.: К сожалению, некоторая поддержка, которая была мне по душе, в реальности создавала проблемы. Сейчас я как политдеятель в России власти не нужен. И если кто-то меня ещё поддерживает, это значит, что я ещё не до конца добит. Сейчас после 25 лет моей политической деятельности я исполняю решение суда и никакой общественной деятельностью не занимаюсь. Я сбитый летчик. Во-вторых, я реально устал, офигел, я пришел домой - сын выше меня ростом, я понимаю, что не уделил должного времени ни жене, ни детям, а что я получил-то взамен за борьбу за Россию?

Би-би-си: Уезжать не планируете?

А.П.: Куда? Кто меня ждет?

Би-би-си: В Казахстан?

А.П.: Да, в Казахстане меня ждут, тут вы правы.



Олеся Герасименко. Александр Поткин: "Когда уезжал из лагеря, некоторые плакали" / Русская служба Би-би-си. 26.04.2018. 

Комментариев нет:

Отправить комментарий