понедельник, 27 февраля 2017 г.

Марш Немцова III (2017). Наш репортаж


На 1 марта 2015 года был назначен оппозиционный Антикризисный марш ВЕСНА. Предполагалось, что это масштабное федеральное мероприятие перезагрузит стухшую уличную оппозиционную активность и послужит стартом для предвыборной кампании – 2016. Первая за полгода большая оппозиционная политическая акция была согласована властями Москвабада в Люблино – традиционном месте проведения «Русских маршей» на юго-востоке города. Однако поздним вечером 27 февраля один из организаторов мероприятия и лидеров оппозиции Борис Немцов был убит чеченцами на Большом Москворецком мосту с открыточным видом на Кремль и Васильевский спуск. Прекрасная иллюстрация к народной поговорке «с такими друзьями и врагов не надо».



 Москва, 26 февраля 2017 года


Мероприятие состоялось, но совсем иное. В спешном порядке шествие было согласовано от Китай-города по набережной Москвы-реки до места убийства Немцова и, конечно, тематика и смысл полностью изменились. Всего за сутки. Это и был первый Марш Немцова. В 2016 году акция повторилась, но прошла от Страстного бульвара до Проспекта Сахарова – излюбленного места гуляний оппозиционной общественности в 2012-2013 гг. и антивоенного Марша Мира в сентябре 2014 года – последнего большого мероприятия Бориса Немцова. На 26 февраля 2017 года организаторами (ПАРНАС и движение Солидарность) была без проблем согласована с мэрией заявка на проведение мероприятия по маршруту 2016 года.



НАЧАЛО


Акция была согласована с 13 до 14:00 без митинга, что очень правильно. Кто и что может сказать нового?


В назначенное время на «Пушкинской» и в переходах можно было замечено не менее 25 полицейских. Небывалое число, в обычные дни их не более 3-4 и только на станциях. Страстной бульвар только-только перекрыли оранжевые грузовики коммунальщиков. Вроде бы только началось, однако за рамками было насчитано не менее 2000 человек. Рамок металлоискателей было очень много, впрочем, в этом месте их всегда много. Перед ними рядом со мной буквально из выдыхаемого пара возник Лев Пономарёв, поинтересовавшийся у некоего человека во всём чёрном, есть ли проблемы. Услышал, что есть. И шагнул в рамку. Если в оцеплении стояли в основном парни 20-25 лет на вид, то на рамках работали мужчины 30-40 лет. Вежливо, быстро, в известной степени дотошно. Автора изучили ручным металлоискателем сразу же после рамки, затем попросили вытащить из кармана перчатки и шапку, образовавшие большой ком, затем расстегнуть куртку. Вероятно, подозрение вызвали блокнот и ручка во внутреннем кармане. Тут же стало ясно, что главной проблемой акции будет ветер. Холодный, но не ледяной, временами порывистый, отлично сочетающийся с наледью на тротуарах и ярким солнечным светом. Предчувствие опытного оппозиционера не обмануло.

В отличие от Марше миллионов 2012 года и Марша Мира 2014-го, под шествие была выделена лишь одна сторона бульваров. В 13:20 за рамками почти перестали раздавать значки («Нет войне» с флагами России и Украины, «Немцов мост» в виде топографического знака»), кучками стояли флаги «Партии Прогресса» Навального, движения «Солидарность» и «Демократического выборы» Милова. Бульвар несколько минут застыл полупустым. Пошёл в сторону первых рядов. Поздоровались с националистом Владимиром Ермолаевым, сообщившим, что в первых рядах наших нет. Чуть поодаль с дочкой копошилась Алёна Попова (известная своей сломанной рукой в гранитном фонтане на Пушкинской, после митинга 5 марта 2012 года, когда Сергей Удальцов решил «остаться»).


До самых первых рядом дойти уже было невозможно. Люди стояли весьма плотно. И только я подошёл, написал об этом в twitter, как не без удивления обнаружил, что и за мной уже метров на сто выстроилась местами скромно, но аккуратно одетая демократическая общественность. В первых рядах (метров 100-150 от первого транспаранта) собралась своего рожа квинтэссенция оппозиционной столичной общественности: немного студентов, ещё меньше жизнерадостных женщин 35-45 лет, профессиональных протестующих (были лица, знакомые даже не с 2012, а ещё с митингов 2009-2010 гг), много пенсионеров, ещё больше пенсионерок. Средним по своей численности был и типичный средний класс: мужчины и девушки 25-30 лет, одетые лучше всех, как правило, с непокрытой головой и модными причёсками, с непременным смартфоном в руках. У большинства, кстати, были вовсе не iPhone 5/6/7, а Samsung`и.

И публика эта, подобно её составу, обсуждала понемногу всё. Каким молодым ушёл из жизни Немцов, физиономии Шувалова и Сечина, особенно Сечина, когда же наконец начнётся шествие, был замечен один выпуск The New Times.

К двум часам людей скопилось явно достаточно для начала шествия, за спинами не было видна конца. Весь Страстной бульвар был плотно утрамбован. В этих самых первых рядах флагов и пластиковых плакатов с фотографиями и цитатами (!!) Немцова было много. Присутствовали флаги ПАРНАС, Солидарности, поодаль один флаг «Новой оппозиции», ещё дальше «Партии 5 декабря» Давидиса, но больше всего было конечно флагов России.



За рамками. В час дня собралось уже не менее двух тысяч человек

Настало время шествия, однако оно не начиналось. Откуда то издали, где по идее были самые первые ряды, периодически раздавался скрип громкоговорителей, после чего волной начиналось скандирование «Россия без Путина!», «Россия будет свободной». Позади меня встал интеллигентно одетый мужчина неопределённого возраста и стал о чём то докладывать по телефону. Голос явно знакомый, но вспомнить не смог. Мужчина в пальто-плаще картавым приятным мужским голосом сообщил, что пошёл пробиваться. Убрал телефон в карман и вежливо стал проходить между молодёжью и старушенциями. Это был Андрей Борисович Зубов. Ноги замёрзли. И тут очень рьяно змейкой, в кругу соратников и соратницы, мимо пропихивался Михал Михалыч Касьянов. Здоровый, сытый, седовласый.

- Здравствуйте! Рад вас видеть.
- Да, здравствуйте …

Опять пробежала волна скандирования. Начался ропот. Было неясно почему не начинается шествие. В громкоговоритель, видимо, Надежда Митюшкина, что то проговорила. Но здесь, в сотне метров (а может и меньше) в тени флагов её уже не было слышно. Но все поняли слово «баннер». Как потом выяснилось из СМИ, полиции критика в адрес Путина не понравилась. Спустя ещё пару минут сзади, по стене дома, протискивалась съёмочная группа. Опознавательных знаков видно не было, однако вокруг камеры было обёрнуто нечто зелёное, похожее на изоленту. Но судя по возмущённым крикам и тумакам, ближе видно было лучше. Началось стихийное скандирование «НТВ позор России!» Нечто похожее было после рамок на Октябрьской площади 6 мая 2012 года, когда в толпе поймали активиста Путинъюгенда – провокатора. НТВшники очень живо пропихивались, чем вызывали уже не недовольство, а агрессию. В какой то момент эти путинские ублюдки точно получили по паре тумаков. Но продолжили ещё более агрессивное поведение в толпе и ушли вперёд. А спустя пару минут, с очередным порывом ветра, и мы.


МАРШ

То, что можно назвать маршем, началось в 14:35. Ноги и руки замёрзли. Хипстеры, одетые в свои глупые узкие брючки, подвороченные штанины и тапки вообще чуть не сдохли от холода. Молодёжь! Мы то закалялись ещё на митингах 2007 – 2009 гг. Впрочем, с обувью и я дал промах. Кто ж знал что стоять будем час? Вероятно, в это время Михаила Касьянова и облили зелёнкой.

Шли спокойно. Многие люди в возрасте шли гордо, с достоинством, но не молча. Скандировали:

Россия без Путина!
Россия будет свободной!
Герои не умирают!
Путин это война!
Это наша страна!
Руки прочь от Украины!
Долой власть чекистов!

А мужик, известный завсегдатай протестных акций, ещё и своё:

Россия в опасности – Путин на свободе!
Путин! Смени штаны на сухие! Я иду к тебе!

Откуда то сзади в период ледникового периода скандировали «Слава России!» и особенно громко «Свободу политзаключённым!». Не доходя до Трубной площади две пенсионерки 70+ обсуждали радостно освобождение Ильдара Дадина. Так я об этом и узнал. На горке после Трубной площади, также ставшей традиционным местом оценивая численности собравшихся, десятки человек поворачивали головы назад, чтобы посмотреть на «хвост» марша. Строго говоря это был не хвост, а само туловище марша. Голова несколько оторвалась, шея растянулась на этой горке, затем шло длинное, разноцветное туловище демократической общественности. Хвоста видно не было. Мужчина лет 35 в сапогах и белой папахе присвистнув сказал: «Ну тридцатка точно есть!» Такая цифра явно завышена, конечно нет. Но с той горки я за пять лет видел разную численность. В этот раз было ясно, что десять тысяч точно есть, далее будет видно уже из видеозаписей марша.



Вид с горки

Мероприятие прошло спокойно. В сентябре 2014 –го на Трубной из-за ограждений НОДовцы и другие дебилы бросались бутылками с водой и пакетами с калом, кричали чушь и плевались. В этот раз с балконов домов, из окон кафе и кабин грузовиков за нами наблюдали добродушные и немного уставшие русские лица.

На подходах к Сахарова шествие (как таковых колонн и не было) впало в период фрустрации. Вновь стояние, затем пару шагов, стояние. Сзади кричали одно, изредка спереди другое, вокруг автора обсуждали дела житейские, например, Дональда Трампа. На повороте к Сахарова, который я прежде пересекал во главе колонны националистов, стали хорошо видны Гудков-старший, Касьянов, перед колонной Царьков, Яшин и, кажется, Косякин. Back to 2012. Через 15 минут из полицейской газели специальные громкоговорители сообщали вновь и вновь: «Проход к станции метро Сухаревская слева. К метро Красные ворота – справа. Уважаемые граждане …»  В оцеплении парням было, кажется, даже не по 20, а 18-19 лет. И большая часть из них очень замёрзла. Одному подарили конфетку.

FIN

Перед тем, как свернуть баннеры и прокричать что полагается («Герои не умирают», «наше имя Борис Немцов»), некто, голосом похожий на экс-премьер-министра Михаила Касьянова, призвал граждан с цветами без атрибутики проехать к Немцову-мосту, возложить цветы. Цветы действительно были у многих. И вовсе не только гвоздики. В метро автор успел отогреться и отправить не менее двух десятков твитов (на мероприятиях подобного рода мобильный интернет всегда работает плохо, а то и вовсе отключается), поэтому идея воскресным днём съездить ещё и на обдуваемый всеми ветрами мост дикой не показалась.

Прямой проход к месту убийства известного политика, человека, за четверть века сумевшего побывать кажется, всем, от аспиранты – физика и губернатора огромной области до наследника престола и плэйбоя, был закрыт. Здесь это казалось уже идиотизмом. С Красной площади нужно было обходить полукругом Собор Василия Блаженного по узкому тротуару, также отгороженному металлическими ограждениями. Зачем они это сделали? Боялись, что публика пойдёт возлагать цветы и простужаться взявшись за руки? На мосту в 16:35 собралось порядка 500-600 человек. Те, кто пришёл только положить цветы, задерживались из-за всех остальных: журналисты, вольные блогеры, несколько коммунальщиков. Долго, гордо, убедительно, вдумчиво говорил Григорий Явлинский, чья предвыборная кампания уже началась.



Большой Москворецкий мост 26.02.2017. Григорий Явлинский раздаёт интервью



Впереди меня, прочь от моста в кампании двух немолодых женщин шёл высокий мужчина в сапогах и огромной белой папахе, сияющий от того что удалось возложить цветы к фотографии улыбающегося Бориса. Ноги и руки давно отогрелись, но сильно болела спина от длительного стояния и ходьбы. А вот молодым парням в оцеплении здесь холодно не было. В это время движение по Страстному уже открыли и новенькие блестящие чёрные иномарки шныряли мимо двух автозаков. Когда я зашёл в Фаланстер уже смеркалось.


Комментариев нет:

Отправить комментарий